На Петровский Завод. Цыгане

В электричке [с Улан-удэ - прим.ред.] содержались две тетушки-билетерши. Они были внимательны и, заметив наши дешевые билеты, спросили, куда мы едем.
- Из Москвы в Магадан, - отвечали мы. Сейчас на электричках, чтобы вечером время не терять, утром на Хилок, а оттуда автостопом на Читу поедем, - отвечали мы. - А деньги экономим, мы люди небогатые.
- Ну так что ж билет за полторы тыщи покупаете, нас обмануть хотите. Без билета, так бы и сказали, - успокоились тетушки и простили нас, а я устыдился.

Уже стемнело, когда мы въехали в Читинскую область и перевели часы ещс на час вперед. Теперь у нас была 6-часовая разница с Москвой. Всюду: на Груше, в Челябинске, в Исилькуле, по дороге на Кемерово, в Тайшете, - мы испытывали гордость от этого нехитрого занятия - от переведения часов на час вперед. Строго говоря, переводить часы приходилось нам почти каждый день, так как у меня часов не было, а Андреевы часы были ненадежны, постоянно останавливались и нуждались в ежедневной проверке и подкрутке. Но перевод часов в связи с попаданием в иной часовой пояс каждый раз вызывал возвышенные чувства.

Станция Петровский Завод, символизировавшая начало Читинской области, находилась в городе Петровск-Забайкальский. Город Петровск-Забайкальский вырос вокруг Петровского чугунолитейного и железоделательного завода, основанного в 1789 году. Когда-то туда попали в ссылку некоторые декабристы, а теперь попали и мы. Вокзал наполовину ремонтировался, и человек двадцать пассажиров, замсрзшие, дремали на сиденьях в не подверженной ремонту половине. Еще человек двадцать, свободные, раскованные цыгане, занимали треть вокзала своими одеялами, детьми и барахлом. Они превосходно спали на полу, им было хорошо. Решив последовать их примеру, мы с Андреем расстелили коврики и спальники, развесили рядом палатку на досушку и принялись спать, как и цыгане, по-мудрейшему.

Ночью нашей мудрости помешал милиционер, он долго возмущался (я спросонья даже не помню чем), съездив по мне резиновой дубинкой. На вопрос "а им можно?" ответ я не получил. Пришлось собрать палатку, спальники, коврики, а когда мент ушсл, перебраться на полу поближе к цыганам, стараясь не очень выделяться среди них. Как только мы легли рядом с цыганами, вопросов к нам больше не было и дубинкой никто не бил.

Хилок

Ранним утром (а по Московскому времени - в час ночи) мы впросились в пригородный поезд Петровский Завод - Хилок, состоящий из двух пассажирских вагонов. Проводницы милостиво пустили нас, и мы прорвались еще на 150 км на восток.

Город Хилок оказался большой деревней. Посреди оной красовался монумент в виде паровоза с надписью: ГОРОД ХИЛОК 100 ЛЕТ 1896 - 1996

Мы переписали расписание на вокзале. Наконец-то я оказался в городе, о хождении электричек из которого я не знал! Это было приятно. Оказалось, днем пойдет электричка аж до Читы (264 километра, 6 часов езды). Не желая ожидать электричку, мы отправились на трассу и занялись автостопом.

Трасса - хорошая асфальтированная дорога - была безлюдна и безмашинна. За месяц до нас по ней проехал мудрый г-н Пожидаев. "И зачем здесь асфальт, если машин нет?" - вопрошал он сам себя риторическим вопросом. Мы тоже удивлялись. Простояли на трассе часа три, остановилось лишь несколько местных машин, а ехать ближе, чем до Читы, мы не хотели. И это правильно: здесь мы всегда могли сесть на электричку и быть в Чите вечером (гарантированно), а из точки X., хотя и в 200 км ближе к Чите, мы могли бы уже не уехать. Трасса и железная дорога после города Хилок расходятся далеко, и перейти с трассы на электричку уже не удалось бы.

Помахав руками перед проезжающими машинами, мы вернулись на вокзал города Хилок и сели на электричку Хилок - Могзон - Чита.

Чита

Мы все больше осознавали, что на Востоке автостопом ездится медленно. Но приятно, что все-таки мы за сутки прорвались из Улан-Удэ в Читу! Хоть и на электричках.

Чита - крупный город Забайкалья. По населению (380 тысяч) Чита стоит в ряду таких городов, как Владимир, Калуга, Улан-Удэ. По сравнению с соседними мелкими городами Чита вообще гигант.
Чита - последний областной город на Востоке, куда может доехать машина на своих колесах. В Читинской области начинается путаница с дорогами, шоссе превращаются в грунтовки, грунтовки исчезают в болотах и марях, и, наконец, городком Чернышевск (Читинской области) завершаются в атласе автодорог все трассы. Дальше машины движутся, по идее, только по железной дороге. А Чита - последний форпост автодорожной цивилизации.

Кстати, мари - отвечаю я на вопрос московского читателя - бесконечные болота на вечной мерзлоте, кочки, ягоды, комары, сырость, хлюпает под ногами, пехота не пройдет и бронепоезд не промчится. Километры, десятки километров болота с редкими полусухими, полуголыми деревцами. Но это еще не тундра.

Мы позвонили Володе - тому самому водителю, с которым познакомились двое суток назад на дорогах Бурятии. Мы нахально попросились переночевать, и Володя спокойно согласился. Мы быстро отправились к нему - ведь наступил уже вечер, и нехорошо приходить к людям, которые уже сами спят, чтобы разбудить их и поспать самим.

Володя жил со своей женой и большой собакой в обычном многоквартирном доме. (К слову сказать, в Чите еще распространены маленькие деревянные домики.) Нас приняли очень хорошо, так, что нам даже было неудобно, и положили спать цивилизованным образом.

На другой день, это было 30 июля, мы с Андреем пошли гулять по Чите. У нас была научная цель. Великий мудрец Пожидаев, проезжая Читу, должен был наклеить марку - кусок пластыря со своими мудрыми словами - на въездной табличке города. Мы отправились искать въездную табличку, но марки там не оказалось. Потом мы узнали, что он просто проскочил эту табличку, когда ехал. И вот, когда мы шли обратно, произошел такой случай.

Идем, на обочине стоит машина. Водитель:
- Вас подвезти?
- Можно, но только если бесплатно.
- Да знаю, знаю, мы с женой уже 2 раза вас по телевизору видели!

Водителя звали Вячеслав. Он очень удивлялся, увидев меня сначала два раза по телевизору, а потом и в натуре. В честь такого события он решил показать нам Читу, ибо был свободен в это время, как и мы.
Сначала Вячеслав отвез нас посмотреть старинную деревянную церковь, именуемую "церковью декабристов". Это, собственно, не "Храм свв. Декабристов", а музей их (здесь они содержались в ссылке). Мы пошли смотреть музей, а Вячеслав огорчился, так как с малых лет (особенно в школьные годы) все жители Читы должны должны были неоднократно посещать этот музей, и он им надоел. Мы поняли это, заметив скучающий вид Вячеслава, минут за двадцать обошли музей и поехали дальше осматривать Читу.

В 18 км от Читы находился источник минеральной воды "Молоканка". Это - местная достопримечательность. После двадцати минут езды по проселочной корявой дороге вы попадаете на поляну, где из небольшой избушки вытекает вкусная минеральная вода, напоминающая "Боржоми". Туда ездят новобрачные (как в Москве - к могиле Неизвестного солдата). Мы встретили две пары. Попив и набрав воды, мы вернулись в Читу, на так называемую смотровую площадку.

Чита находится среди пологих зеленых гор, и с одной из них можно увидеть весь город. Город промышленный, много современных многоэтажных кварталов, много и одноэтажных деревенских районов, - в общем, ничего особенного со смотровой площадки мы не увидели и поехали вниз.

В центре города мы попрощались с Вячеславом, он поехал по своим делам, а мы пошли по своим. Мы хотели напечатать отснятую фотопленку в местной студии "Kodak" и ещс немного побродить по Чите.
Вечером мы зашли к Володе, у которого мы ночевали, за вещами. Когда собрались, он повсз нас на своей машине на новую Чернышевскую дорогу. На Чернышевск можно ехать несколькими путями, в том числе и по "новой дороге", которая была построена совсем недавно. На нес мы и ехали.
Чита осталась позади. Опять дорога! Мы подошли к самому краю, к великому порогу - через 300 километров Чернышевск! Вскоре мы уже должны были заглянуть за горизонт и узнать, что делается ТАМ... (Наш друг Андрей Пожидаев к тому времени уже прошел Чернышевск и послал нам весточку из-за горизонта, но мы ее еще не получили).

Попрощавшись и поблагодарив, мы выгрузились на пустынную трассу. Володя несколько раз бибикнул на прощание и поехал обратно в Читу.

Чернышевск

Итак, мы прибыли в легендарный город Чернышевск, так называемый "город последнего хиппи". Легенда гласит, что некогда, некий хиппи, проехав автостопом многие трассы, достиг Чернышевска, и, нарисовав на въездной табличке "пацифик", сказал примерно так:
- Дык, елы-палы! Дальше на восток трассы нет, и никто, ни один автостопщик, никогда не проехал и не проедет дальше!

Впрочем, много других, уже не легендарных лиц, распространяли сведения, что дальше Чернышевска идст дорога - плохая, но дорога - до самого Владивостока. Некоторые мои знакомые, один из Киева, а другой из Прокопьевска, утверждали, что не очень-то она и плохая.

Итак, мы находились в некой загадочной точке Востока и прежде чем повествовать, как мы ехали дальше, я опишу сей легендарный город. Чернышевск - в отличие от предшествующих ему по трассе Шилки, Нерчинска и других подобных, и в отличие от следующих за ним (если мысленно ехать на восток) Зилово, Ксеньевки и т.д., - именно ГОРОДОК, а не деревня, почему-то с необычайным количеством магазинов. Народу там живет тысяч двадцать, дома в городе одноэтажные, избушки, есть и небольшие каменные - этажей не более пяти, - но магазинов там несколько десятков, они сконцентрированы в центральной части. Есть даже черный (круглый) хлеб - весьма редкий деликатес в таких местностях. На базаре можно купить картошку, молоко и все, что нужно для полного счастья. Цены - примерно как в Москве. Около маленького кирпичного здания почтамта некий назойливый торговец предлагал нам (о, сервис!) курительную траву, от которой мы вежливо отказались.
Но, несмотря на сервис, улицы пыльные, асфальт как-то не всюду предусмотрен, пыль оседает на деревьях, на домах и даже на людях, окрашивая всс в какой-то скучный цвет...

Чернышевск является основным пунктом перегрузки автомашин с железной дороги на трассу и наоборот. Большинство водителей, понимая, что участок Сковородино - Чернышевск на колесах не проехать, пользуются услугами ж.д. транспорта. Но с Чернышевска дорога есть, и этот городок повидал столько японских иномарок, сколько ни один город Европейской России! Здесь они снимаются с платформ, водители закупают провизию в многочисленных магазинчиках и гонят на запад.

Воду местные жители, как правило, берут из колонок. Мы сели рядом с одной из них, питались хлебом, пили воду и молоко и ожидали, когда на почтамте окончится обеденный перерыв и мы сможем получить весточку от Пожидаева. Куда привела его волшебная борода? И есть ли дальше дорога на восток?

Долго гадать не пришлось. Вскоре, действительно, мы получили конверт от мудреца. Он писал нам уже из Хабаровска! Вот его историческое послание:

"Привет, Антон!
Как у тебя успехи?..
Ты, наверное, уже понял, что до Сковородино асфальта больше не увидишь! Разве что в Могоче. До Могочи еле добрался. От Чернышевска 5 дней ехал. До Жирикена - нет проблем. К твоему времени вояки отсыпку до Зилово сделают. А я пешим с военной дороги до ж/д по колее в болоте прошсл. Далее из Арчикоя на "Урале" лесовозе до Зилово и 33 км пешком до Ульякана. Передо мной проехала "Нива" перегонная до Сковородино, и я упустил мотоцикл с коляской; и всс, машин больше не было.
Дорога дрянь. По болоту пытались грунтовку провести. С Ульякана на Урюм дорога хорошая, но я проехал там на мотодрезине. С Урюма стабильное сообщение с Усть-Карском (старатели топливо возят). Два Урала по две ходки в день + поток из Усть-Карска на Урюм. Место для ночсвки в Урюме есть. Это старательская артель "Южная". Могут приютить. Если что - передавай привет. До Усть-Карска гнался за Нивой, что на Сковородино шла. Так где-то и разминулись мы с ней. С Усть-Кары на Урале до Верхн.Куларок, а там на моторной лодке до Горбицы. В Верхн.Куларках не успели на баржу на 20 мин. Баржа перевозила в Горбицу машины, а машины шли на Могочу. Дорога на Горбицу есть, но р.Черная разлилась, и в тот момент было не проехать. С Горбицы на Ксеньевскую и Могочу есть движение. Можешь проехать через Сретенск до Фирсово, а там на барже от артели "Южная" до Усть-Карска, ну и дальше на Горбицу.
С Могочи ехал на локомотивах до Сковородино. А там уже и цивилизация близко. Со Сковородки до Якутска пролетишь со свистом. А лучше добраться до Соловьсвска, так как с Якутска на Благовещенск машины идут через Соловьсвск, а далее через Уркан на Талдан, ну и соответственно поток на Якутск там же идст.
А почему локомотивами ехал? Надоело просто время тратить. Дороги есть, но нет сумасшедших, которые по ним ездят. Могоча - Амазар проехать можно. Амазар - Ерофей Павлович, говорят, не проехать, много болотистых участков. Ерофей - Уруша - хорошая дорога идст вдоль ж/д, но нет мостов через реки. А реки большие. Когда вода спадает, Урал или Краз может проехать. Старатели переправляются.
Да, якуты сказали, что реппеленты в Якутии не помогают, так как жара и всс смывается потом. Поэтому ищи где-нибудь сеточку.
На этом все. Удачи. До свидания.
Андрей. 14.30 (время Хабаровское) 14.07.96 г."

Мы принялись считать. Если мудрец Пожидаев испытал такие трудности и потратил 5 дней на дорогу от Чернышевска до Могочи (по железной дороге это 320 км, по трассе - больше), а от Могочи до Сковородино ехал 400 км по железной дороге, - то даже со скоростью одиночного мудреца Пожидаева мы бы ехали дней двенадцать. А нам вдвоем двигаться сложнее, так как не в каждую машину поместимся, к тому же Пожидаев скоростной стопщик, а мы не таковы. В общем, никак меньше двух недель на эти 720 км (Чернышевск - Сковородино) у нас бы не получилось. К тому же дорога дальше Могочи может оказаться вовсе непроезжей, и нам, подобно ему, придется пересесть на железную дорогу.

С такими мыслями мы всс же решили проехать на машинах, сколько получится, и отправились искать выезд из Чернышевска дальше, на Жирикен.

Дорога на Зилово

Полные мысленной важности, мы отыскивали дорогу на Жирикен. Еще бы! Мы, возможно, являемся третьим и четвертым известными нам человеками (после А.Ворова и А.Пожидаева), едущими от Читы дальше Чернышевска автостопом. Ура!

До Жирикена мы поймали вахтовку. (Вахтовка - машина, бесплатно возящая людей на работу и обратно, - как правило, в глухих местностях. Внешне она напоминает грузовик). В данный момент вахтовка перевозила местных жителей и один огромный холодильник. По дороге мы заехали в какое-то село, где холодильнику было надо выходить. Но когда холодильник наклоняли, он упирался в крышу машины. С большим трудом вытащили холодильник и людей, его купивших, и поехали дальше.

Когда попали в Жирикен, уже вечерело. Это был обычный пролетарский поселок. Пытались узнать, где дорога на Зилово, нам сказали, что ее еще строят. Но направление все же указали. Когда вышли на трассу, к нам подошел пьяный мужик, сказавшийся шофером, и хотел сходить в гараж, взять машину и провезти нас километров десять, но за бутылку. Мы отказались.

Наконец, нас взяла другая вахтовка. Вахтовая машина собирала с трассы молоденьких и весьма загорелых солдат-строителей. Это была интернациональная компания: один солдат был из Якутии, другой с Кубани, третий из Красноярска, только из Москвы и Питера не было ни одного. Пока ехали, у меня незаметно вывалились все деньги из кармана, тысяч семьсот. (Я обычно держу деньги в ксивнике, а тут что-то покупал и временно положил в карман.) Но строители, вместо того, чтобы их присвоить, тут же указали мне на это.

Примерно через полчаса мы прибыли в своеобразный лагерь, где жили солдаты, и попрощались с оными. Лагерь был без колючей проволоки, палаточно-армейского типа.

Выйдя на дорогу, мы поймали другую машину, - она, на этот раз, подбирала не солдат, а вольных рабочих. Часть из них были пьяны. Почему разные участки дороги строили различные ведомства, мы не узнали. Наконец, в одном из мест машина остановилась, и какой-то мощный, толстообразный мужик стал невежливо орать, чтобы мы все вылазили.
- Нам тоже вылезать?
- Все! Все вылазьте, кузькины дети! Построились все в одну шеренгу!! Что это значит!! Откуда вы у меня такие бестолочи?!! Вылазьте все из машины, кому говорю!! По плану надо было триста метров отсыпать, а вы сделали девяносто!! Пить меньше надо!! Всех уволю!!

Мы поняли, что это начальник ругает дорожных рабочих, а к нам это отношения не имеет; залезли в машину и стали ждать, когда кончатся разборки и поедем дальше. Наконец, все залезли в машину и машина поехала, но... назад, в Жирикен! Пришлось срочно сигналить водителю, он резко затормозил, и все пролетарии, мы и наши рюкзаки перемешались. (В вахтовке ехало человек сорок, они сидели друг у друга на коленях и стояли повсюду.) Хорошо, что у рабочих не было абсолютно никакого инструмента (видимо, все оставляли на трассе). С трудом вылезли из этой кучи тел, развернулись и пошли пешком в сторону Зилово.

Был уже вечер, но до Зилово, казалось, всего километров пять, и мы шли оптимистично, собирая по пути ягоду-голубику, росшую повсюду. Но скорость поедания нами голубики была меньше, чем скорость поедания нас комарами, и мы скоро поняли, что такое питание неэффективно, и ягоды собирать перестали.

Но вот стемнело, дорога постепенно ухудшалась, а Зилово все еще не наблюдалось. Машин, конечно, не было. Поставили палатку, развели костер; я пошсл за водой в обнаруженную неподалску будку дорожных рабочих. Рабочих там не было, только один тракторист, несмотря на поздний час, продолжал работать в 100 метрах от будки. Он сгребал грунт с большого обрыва. Когда я выходил из будки, набрав воды из бака, тракторист подъехал ко мне поближе. Узнав, что мы туристы-путешественники, он предложил нам переночевать в будке и при этом чтобы мы не стеснялись пользоваться продуктами, там имеющимися. Я вернулся к Андрею, мы собрали палатку, затушили костер и отправились к будке.

Тракторист подъехал опять, объяснил, где в будке что лежит, и сказал, что мы можем свободно располагаться, так как больше никто ночевать там не будет, а он собирался работать всю ночь. Мы удивились его стахановскому порыву. "Мы строим новую Россию", - отвечал он, вновь залезая в трактор. Так мы и не поняли, шутил он или нет.

В будке была железная печка, стол, две железные кровати и продукты - рис, сахар, хлеб и соль. Чего там не было - так это электричества, пришлось пользоваться нашими налобными фонариками. Мы варили рис, пили чай, а затем легли спать. К утру шум трактора прекратился - видимо, рабочий уснул прямо в нем. А часов в восемь появились в домике другие рабочие, спокойно восприняли наше там наличие и сказали, что до Зилово совсем недалеко. До него можно дойти пешком, по дороге, которая скоро будет построена, а сейчас представляет собой просто две колеи в лесу.

Зилово. Плоды славы

Аксеново-Зиловское, в народе именуемое просто Зилово, - небольшой посслок на Транссибирской магистрали. Дома деревянные, одноэтажные; улицы пыльные, почта - деревянная изба, обыкновенно закрытая; два или три коммерческих магазина с ценами выше, чем в Москве; небольшая речка; крупная станция и огромный вокзал. Возле вокзала - новый, но уже запущенный монумент бойцам войны, созданный в честь 50-летия Победы. Облик поселка не вселял никакого желания оставаться там жить. Вокруг виднелись пологие сопки, покрытые лесом.

Посмотрев, в каком состоянии дорога Чернышевск - Зилово, мы решили дальше не извращаться, вылавливая попутки, а пересесть на железную дорогу.

В Аксеново-Зиловском моя известность принесла нам неожиданные дивиденды (в размере 2000 руб.) следующим образом. Я шел с пустой "торпедой" для воды мимо базара, и несколько теток-торговок узнали меня, так как видели меня недавно в телепередаче. Они заинтересовались, как я достиг Зилово, обступили меня, расспрашивая об этом, а потом захотели купить книгу "что-то там о вольных путешествиях". "У меня при себе нет, зайдите на вокзал и купите", - отвечал я. Никто, однако, не пошел. Минут через пятнадцать Андрей тоже проходил мимо этого базара с тою же "торпедой" и искал купить себе носки. "Торпеду" узнали как принадлежащую мне, и Андрею продали носки на 2000 руб. дешевле, чем обычно. Мы сидели на вокзале и смеялись над нашей известностью.

... А было уже второе августа. Скоро исполнялся месяц со дня нашего старта, а мы еще были так близко от Москвы. Если мы поедем в Магадан, то к концу августа (как я обещал своим родителям) мы явно не вернемся. Нужно было перенести "контрольный срок", и я отправил телеграмму в Москву:

ДОЕХАЛИ ДОРОГ НЕТ ПЕРЕСАЖИВАЕМСЯ ЭЛЕКТРИЧКИ ТАЙГА СОПКИ ЯГОДЫ КРАСИВО ХОТИМ ПУТЕШЕСТВОВАТЬ ЯКУТСК МАГАДАН ЕСЛИ БЛАГОСЛОВИТЕ УРА ПОЗВОНИМ ТЫНДЫ ЕСЛИ СКАЖЕТЕ ДОМОЙ ПРИДЕТСЯ А НЕ ХОЧЕТСЯ ПОКА ЦЕЛУЮ=АНТОН-

Посмотрим, что ответят нам на это...

Бичи. Бич-вагоны

Наконец, подошел пригородный поезд с бич-вагоном. Бич-вагон - это вагон для бесплатных пассажиров: теплушка или просто товарная платформа, прикрепляемая к обычному, платному вагону. Поезд стоял на первом пути, и люди, не смущаясь, лезли на эту платформу, и никто их не гонял. "Классно", - решили мы и тоже залезли в бич-вагон и поехали в Ксеньевскую.

Двигались мы часа два. Временами в бич-вагоне сидело человек до тридцати. Собственно бичей там было мало, а были рыбаки, грибники, охотники и иные собиратели природных богатств.

Бичи - так на востоке страны называются сильно пьющие люди мужского пола (соответственно, бичихи - женского пола), пропивающие всю имеющуюся у них собственность. Они либо кочуют по стране, либо живут в одном месте и спиваются. Восточный бич, в отличие от западного, называемого "бомж", является более приспособленным к жизни существом - выжить на востоке вообще сложней. Кстати, пригородный поезд на востоке называется "бичевоз", или, ласкательно: "бичик": "а вот, бичик на пятом пути стоит!"

В бич-вагоне холодно из-за ветра, но можно нацепить побольше одежды и прижаться к стенке. Мы проезжали красивейшие места - реки, возвышенные горы, тоннели. Тоннели интереснее осматривать, находясь в бич-вагоне, а не глядя из цивильного окошка.

Из бич-вагона можно перейти в нормальный, мне понадобилось в туалет и я пошел. Проводница тут же возмутилась. Но я ее успокоил, что оставаться в вагоне не намерен, и меня простили. А из платного в бич-вагон народ ходил весьма часто "в гости" к своим безденежным друзьям, и никого это не смущало.

...Ксеньевская была деревней типа Зилово. Около вокзала стоит непонятной формы монумент, простирающий свои странные крылья на восток и на запад. На нем надпись:

ЭЛЕКТРИФИКАЦИЯ ЗИЛОВО - КСЕНЬЕВСКАЯ - НАШ ПОДАРОК ЗАБАЙКАЛЬЦАМ! БАМ-ТЫНДА, 1992-1994

В Ксеньевской мы пробыли минут пятнадцать: подошел поезд, мы пошли к начальнику поезда: "пустите до Могочи", - и проехали без проблем.

В Могоче мы тщетно искали мемориальную доску: "До сего города доехал из С-Петербурга автостопом 1-го рода мудрец А.Пожидаев", - но эту доску еще не воздвигли. Впрочем, было уже поздно, и мы могли ес не заметить из-за темноты. Так Могочу и не посмотрели. Решили переспать на вокзале, ожидая пригородного поезда на Амазар (он ходит раз в день). Вокзал в Могоче большой, двухэтажный; на первом этаже кассы и расписания, на втором - зал ожидания, полутсмный, и сиденья без ручек - ложись и спи.

На Амазар, Ерофей, Урушу

Пригородный поезд на Амазар содержал один пассажирский вагон и один вагон с хлебом. Почему-то нас не пустили ни в первый, ни во второй. Когда же мы догадались попроситься в локомотив, он уже был забит всякими безбилетниками и машинист брать новых отказался. Мы были сами виноваты: мы забыли закон глухих регионов, гласящий:
"Если люди живут где-либо, они должны перемещаться. Если люди перемещаются, можно бесплатно перемещаться с ними."

Следовательно, если в данном случае нельзя уехать в вагонах, можно уехать в тепловозе. На Транссибе до сих пор кое-где используют тепловозы, хотя сплошная электрификация - "подарок забайкальцам" - проведена уже всюду, по крайней мере, где мы видели. Но было поздно применять закон глухих регионов, поскольку у каждого метода существует предельная перевозящая способность.

Пригородный поезд на Амазар ходит один раз в день, а дожидаться завтрашнего рейса нам не хотелось. Мы пошли искать товарняки, и тут нам попался небольшой вагончик - рельсосмазывательная машина, которая тоже шла на Амазар, и мы попросились в нес. Это был желто-оранжевый вагончик с двумя кабинками, напоминающий небольшой тепловозик. Попытка была успешной, нас пустили, и мы поехали в Амазар.

Внутри в рельсосмазывательной машине можно было кипятить чай и даже имелся туалет (в обыкновенных локомотивах туалетов я не видел). Ехали довольно быстро, и на одной станции догнали обломавший нас пригородный поезд, но, к сожалению, не обогнали (пригородный шсл медленно: развозил хлеб по деревням).

Амазар - еще один типовой посслок на Транссибе. Приятно было лишь то, что хлеб покупали прямо в пекарне, и он был мягкий и тсплый. В Амазаре есть вагончик - коммерческий магазин и много деревянных домов, и небольшой пустынный вокзал. Больше там ничего нет.

Из Амазара ходит пригородный поезд дальше на восток - до станции со странным названием Ерофей Павлович (в честь Ерофея Павловича Хабарова). В этом поезде только один вагон (бич-вагона нет). Бедную проводницу атаковало четыре безбилетника, включая нас. Мы решили подкупить проводницу и достали 5 тыс.руб. Метод одной остановки мы презрели, как метод обманный, и с теми же затратами попали в вагон, но при этом никого не вводили в заблуждение. Два других бесплатных пассажира впросились в поезд вовсе без денег, подтверждая научный закон: "...люди должны перемещаться".

После Амазара нам суждено было проехать 15 000 км, посетить Тынду, Якутск, Магадан, Северобайкальск и много чего еще, и мы больше никогда не пользовались методом одной остановки. Мне даже было немножко неудобно за прежние попытки смухлевать. Отныне я исключаю метод одной остановки из Учения о вольных путешествиях и не рекомендую никому пользоваться им.

Прибыли в Ерофей Павлович. На почте я получил два письма от своих родителей и телеграмму от них же. Обещанное письмо Пожидаева так и не пришло. Ещс бы, он, наверное, думал, что мы едем на машинах, и отправил новое послание недели через две после предыдущего.

Бродили по городу, запасались продуктами. Город Е.П. - настоящая деревня, как и Зилово, как и Ксеньевская: те же одно-двухэтажные деревянные домики, те же колонки с водой, из которых половина не работает; те же пыльные улицы. Цены в магазинах - значительно выше московских.
Купили хлеб, майонез и сгущенку, сели перекусить на брсвнышках в тени деревьев неподалску от вокзала. Местные мальчики, от 6 до 9 лет, человека четыре, грязные с ног до головы, тут же появились рядом, с просьбами дать покушать и им. Мы им скормили полбуханки хлеба и полбанки майонеза, и ребята, счастливые, разбежались.

Поскольку пригородных поездов дальше, на Урушу, не ожидалось до утра, мы стали высматривать пассажирские поезда и товарняки. Первый локомотив нас брать отказался, зато второй взял. Это было приятно: несмотря на всю свою воображаемую "крутизну", я никогда не ездил в локомотивах, хотя и знал о таком способе от мудрецов-путешественников.

В кабине ехал охранник - парень лет 28. Он оказался очень разговорчивым, и почти всю дорогу мы слушали его.
- Охраняю, а вот оружие какое у нас, - начался разговор, - из него, наверное, еще сам Дзержинский стрелял. Тридцать седьмой год. А сейчас, в упор, даже в собаку не попадсшь. Только если издалека, метров с тридцати, ещс можно в кого-то попасть, а вблизи - нет.

Навстречу проехал товарняк, забитый японскими машинами.

- Тачки перегоняют. Я тоже когда-то гнал - купил за 975 долларов, давно еще, когда во Вьетнаме работал. Крановщиком. Потом выгнали меня, когда я кран грохнул, по обкурке, сам едва жив остался. Кран был уже старый, трижды списанный, только поэтому не посадили. (А коноплю там все курят.) А машины-то у них - только в фильмах такие: полуторки, студебеккеры американские, довоенные еще. И сидят кто на капоте, кто на крыше, водитель сам сидит, прыгает, тоже весь обкуренный. А заправлялись они так. Едет, - продают солярку, он заливает солярку; дальше, продают бензин, он в тот же бак бензин, продают керосин - он ещс канистру туда керосина, - бак литров двести. Так и едут. Дым, копоть стоит, сзади ехать - просто невозможно.

- Вьетнамцы народ вороватый, глаза закроешь - что-нибудь сопрут, но при этом - честные люди. Как будет за что-нибудь платить, и денег не хватит, так потом найдет тебя и обязательно отдаст.

- ...У нас тут авария была, даже три подряд, недели за две. Повезло - жив остался, я тоже ехал. Везли мы бензин, ну это только написано: бензин, а это оказалось ракетное топливо. (Здесь, под Свободным, наш новый космодром, заместо Байконура; туда и везли.) И мне с пацаном надо было между этих бочек на платформе сидеть, а мы сюда сели в паровоз, едем, стемнело уже. Вдруг как рванст! Загорелось, потом бочки эти лопаться начали, аж крышки вылетали. Помощник машиниста побежал, хотел расцепить вагоны, да тут рвануло еще, обгорел немного. Будем проезжать это место - понюхаете, до сих пор воняет. Два человека погибли. Одного ещс можно было спасти, это пожарный был, он без респиратора тушил этот пожар. Запросили вертолет, в больницу чтоб его в нормальную, в Благовещенск. Но вертолст не прилетел: топлива, мол, нет. Повезли его на тепловозе сюда, в Урушу, он и умер. Пятеро детей осталось. Так вот, а часа через два после взрыва начальство Благовещенское прилетает, у них-то топливо всегда есть. А через два дня второй умер, крановщик (с восстановительного поезда), он тот завал расчищал. А про нас-то тогда и забыли. 41 час рабочего времени у нас вышел, без еды, без всего, а потом ещс 20 километров пешком, с автоматами, до ближайшего посслка. Еле дошли. И то хорошо, что живы остались, мы должны были со всеми бочками сгореть.

- Так вот, а потом еще две аварии, на том же месте буквально, перед мостом. Ну, там следствие сразу, сперва говорили - диверсия, потом - путейщики виноваты, потом - контактники, потом нашли козла отпущения: сказали, виноват какой-то обходчик, судят его сейчас. А здесь дорога кривая, насыпана на вечной мерзлоте, всс перекашивает, да и посмотри, какие серпантины выделываем. А потом мы это топливо на экспертизу возили - три бутылки нам дали, мы и решили - как оно горит - посмотреть. Налили на асфальт, сперва - плохо зажигается, а потом как рванет!

- ...Раньше машинист был сам себе хозяин. Едет, хоп - звери, остановился, пострелял, медведя, волка, положил себе в кабину, дальше поехал. Теперь совсем не так, все записывается, где какая скорость, потом на станции могут проверить: почему, мол, остановился? Да и дичи меньше стало.

День Железнодорожника

Наконец, приехали в Урушу. Была уже ночь: поезд всю дорогу старался выдерживать скорость 15-20 км/час, опасаясь "заколдованного" аварийного участка. Машинист посоветовал нам в железнодорожной столовой поесть бесплатно: мол, скажите, что вы путешественники, накормят без проблем. Просить бесплатно мы постеснялись, тем более у нас была ещс сгущенка и вторая буханка хлеба из Ерофея Павловича; зато мы выпили десять стаканов чая на двоих. Стакан чая стоил всего 52 рубля - в 30 раз дешевле, чем жетон московского или питерского метро.

На вокзале ст.Уруша было пусто и холодно. Два или три человека коротали там ночь. Страна неумолимо вступала в праздничный день - 4 августа - День Железнодорожника.

Этим-то фактором я и задумал воспользоваться для осуществления дальнейшего бесплатного проезда. Нам предстоял последний пригородный поезд - Уруша - Сковородино, - а бич-вагона в нем не предусмотрено.

Я отправился по поселку в поисках чего-либо цветущего. Нашсл только клевер и колоски, но и этого было достаточно. Было сформировано два микробукета цветов на десять каждый. На вокзале я аккуратно подрезал и обвязал травинкой каждый букет, один положил за пазуху, а другой оставил снаружи.

В поезде было два вагона, следовательно, две проводницы. Кто постарше - будет, значит, главная; с нес и надо начинать, подарить ей букетик и поздравить с Днем железнодорожника. Ну, а если старшая не пустит, то достану букетик для второй. Ну, а если вторая не пустит, то машинист тепловоза пустит нас, вероятно, и без букетика.

Наступало утро, и пригородный поезд из двух вагонов лениво ожидал своих пассажиров. Билеты проверяли две проводницы: молодая и взрослая. Я начал со второй.
- Доброе утро! С Днем железнодорожника! - начал я издалека, протягивая букет. - Мы вот путешественники, едем из Москвы в Магадан при помощи автостопа, с 4-го июля, уже 31 день едем. До Чернышевска добрались нормально, до Зилово уже дорога недостроена. Ну а здесь, от Зилово до Сковородино, бездорожье, и машины не ходят. Помогите добраться до Сковородино, там уже якутский тракт начинается, там быстро доедем до Якутска, ну и потом на Магадан.

Не дожидаясь ответа, я описал различные явления, с которыми мы встретились в путешествии, чем окончательно растрогал проводницу. Нас пустили, мы легли на полки и успешно достигли Сковородино.

<...> [Дальше описан долгий путь до Магадана и возвращение кораблем в Ванино]

Антон Кротов, Москва, 1997 г.
[Сайт "Академии Вольных Путешествий"]

Что еще посмотреть на эту тему:
Участок Слюдянка - Улан-Удэ - Чита (Справочник)
Участок Чита - Могоча - Сковородино (Справочник)
Вокзалы и станции Восточно-Сибирской ж.д. (Фотогалерея Транссиба)
Вокзалы и станции Забайкальской ж.д. (Фотогалерея Транссиба)
Путевые заметки Сергея Сигачева (Путевые Заметки)
Забайкалье (Города и Веси)

 Читать дальше