|
 |
 |
Корреспондент ведущей японской газеты
"Иомиури" Рийчи Сэгути недавно открыл для
себя Кругобайкальскую железную дорогу.
- Байкал очень красивый, - сказал он, - но железная
дорога, построенная на его скалистых берегах,
впечатляет не меньше...
На Восточно-Сибирскую магистраль японский
журналист прилетел делать фоторепортаж,
посвящённый 100-летию открытия движения по
Транссибу. Но для съёмок выбрал только
Кругобайкалку: станцию Слюдянка и 84-километровый
историко-архитектурный участок дороги до порта
Байкал.
- Японского
читателя мало интересуют новые технологии, ему
подавай экзотику, старину. На Байкале этого
много, - пояснил Рийчи. Чтобы увидеть это на
"золотой пряжке стального пояса России", а
именно так называют 260-километровый байкальский
отрезок Транссибирской магистрали, Сэгути
заказал теплоход. Стоя на палубе и любуясь
врезанными в скалы тоннелями, мостами, виадуками,
старательно записывал в блокнот непонятные
названия: "Падь Каторжанка, Толстый мыс, ветер
Култук, Шарыжалгай..." И щёлкал, щёлкал
фотоаппаратом.
На станции Маритуй мы пересели в местный поезд,
который ходит от станции Култук до порта Байкал
четыре раза в неделю. Поезд, или, как его здесь
называют, "Мотаня", - это три пассажирских
вагона и вагон-лавка, доставляющая жителям и
гостям музейно-заповедного уголка почту, хлеб и
другие продукты.
- О! - не скрывал восторга японец. - Люди покупают
хлеб прямо из вагона. Это настоящая экзотика!
Перед приходом поезда в Маритуй он побывал в
единственном поселковом магазинчике, открытом
местным предпринимателем, и, глядя на полупустые
полки, только и спросил: "А всё остальное
привезёт вагон-лавка?" После уставшей от
бешеных скоростей, душевного напряжения и
потребительского изобилия Японии размеренная,
тихая жизнь на немногочисленных полустанках
Кругобайкальской дороги ему действительно могла
показаться экзотикой.
- А что такое "Мотаня"? - японец, неплохо
знающий русский язык, в очередной раз споткнулся
на непонятном ему слове. На помощь пришли
ассистент-переводчик Антон и машинист поезда
Геннадий Лучкин.
- "Мотаня" - это как ванька-встанька, -
подумав, перевёл на японский Антон.
- Неужели этот поезд из стороны в сторону
раскачивает? - с недоверием переспросил
журналист.
- Да нет, - категорично возразил Лучкин. - Так
пассажиры называют его за то, что ехать в нём
приходится очень долго, другими словами - маяться
и мотаться...
И начал объяснять, почему поезд идёт до порта
Байкал почти пять часов, почему так много в пути
остановок и на каждой приходится подолгу стоять.
- Мы ведь везём продукты и для многочисленных баз
отдыха, подвозим стройматериалы...
В последние годы идёт большая реконструкция как
самой железной дороги, так и старинных построек,
в которых любят отдыхать туристы... Желающих
отдохнуть приглашает на Байкал и
Восточно-Сибирская железная дорога. К их услугам
туристические и спортивные базы "Серебряный
ключ", "Хвойная", "Шумиха",
"Шарыжалгай"...
По проектам начала века воссоздали ряд зданий и
используют теперь под гостиничные комплексы.
- Вы давно водите поезда? - интересуется Рийчи у
машиниста тепловоза.
- Двадцать один год. Ещё в начале 80-х, когда
строился БАМ, возил в порт Байкал с перевалкой на
баржи грузы. Потом работал на главном ходу. И
шесть лет снова здесь, - отвечал Геннадий.
- У вас в семье много железнодорожников?
- Дед Семён был машинистом, отец Станислав и
дядька Юрий водили поезда. Все трудились в
Слюдянском локомотивном депо. Здесь же работает
инженером по технике безопасности моя жена Дина.
Сын Игорь учится на четвёртом курсе в
железнодорожном институте... Так что целая
династия получается!
- И вам нравится ваша работа? - не унимается
журналист.
- Нравится. И дорога у нас красивая, сложная...
Бывают камнепады, снежные заносы, много на ней
крутых кривых малого радиуса... Поэтому водить
поезда доверяют только машинистам первого
класса...
Убедиться в сложности Кругобайкальской дороги
просто: достаточно хоть раз по ней проехать. На
постройку каждого километра "золотой
пряжки" денег было потрачено в два с половиной
раза больше, чем на других участках Транссиба. На
84-километровом отрезке построено 424 инженерных
сооружения, в том числе 39 тоннелей и две сотни
мостов. Наиболее опасные места укрепили 14
километрами подпорных стенок, 47 каменными и
тремя железными галереями. Над воплощением в
жизнь инженерной мысли трудились десятки тысяч
людей: русские, украинцы, поляки, итальянцы,
албанцы... Немало среди строителей было ссыльных
и каторжан, получавших за эту работу скидку трети
или половины срока.
...Первый поезд к Байкалу пришёл из Иркутска в
октябре 1898 года. Он остановился у истока Ангары
на мысе Баранчик. Дальше, за станцией-портом
Байкал, начинался крутой и скалистый берег
сибирского моря - самый трудный участок
Транссибирской магистрали. Уже тогда
предлагалось обойти крутые байкальские берега и
построить Транссиб по долине реки Иркут с
выходом к озеру в районе станции Слюдянка. Но
затяжные подъёмы и спуски на этом отрезке для
паровозной тяги посчитали непреодолимыми.
Рельсовый путь здесь проложили лишь в
пятидесятые годы, когда Ангара, перекрытая
плотиной Иркутской ГЭС, затопила старый участок
железной дороги. И Кругобайкалка навсегда
осталась в стороне от главного хода магистрали и
перестука колёс тяжеловесных поездов.
В конце XIX века
проектировщики, понимая, что быстро
84-километровый участок вдоль озера не построить,
предложили от станции Байкал до станции Мысовой
организовать железнодорожную паромную
переправу. И в 1895 году в Англии по заказу России
началось строительство второго по мощности в
мире ледокола-парома "Байкал". Он имел
грузоподъёмность 4200 тонн. На его нижней палубе,
на трёх железнодорожных путях, вмещались 27
двухосных вагонов и паровоз. На верхней палубе
могли коротать время в каютах 200 пассажиров. На
Байкал ледокол доставили в разобранном виде.
Когда же собрали и спустили на воду, чтобы
доставить в док, то пароходы-буксировщики рядом с
ним показались восторженной публике мелкими
судёнышками. Вот какой это был гигант!
В 1898 году там же, на заводе Армстронга, был
заказан второй ледокол - "Ангара". Паромную
переправу открыли 24 апреля 1900 года. Она
оставалась частью Забайкальской железной дороги
до тех пор, пока не заработала Кругобайкалка...
Переправа трудилась с апреля до января. Когда же
мороз сковывал Байкал полутораметровым льдом,
шпалы и рельсы укладывали прямо на лёд, и лошади
тянули вагоны поштучно 40 вёрст. Ледоколы
бороздили просторы сибирского озера и после
постройки Кругобайкальской дороги, при
необходимости помогая железнодорожникам
перевозить грузы.
Расстрелянный белочехами "Байкал" сгорел в
годы Гражданской войны. "Ангара", достойно
пережив свой век, стоит теперь памятником-музеем
у плотины гидроэлектростанции в Иркутске.
- На Байкале отчётливо видно, в каких трудных
условиях строилась ваша сибирская дорога. У
южного берега удалось отвоевать настолько узкое
пространство, что невозможно даже построить
автомобильную дорогу, - заметил японский
журналист. - Я, например, не могу представить
японцев, отдыхающих на природе без машин... Но,
несколько подумав, добавил:
- А знаете, отсутствие автодороги, возможно, и
благо. Чем меньше туристов приедет на Байкал на
автомобилях, тем будет лучше для её уникального
участка, который является памятником российской
архитектуры и истории. И ведь действительно это
благо. Для чудеснейшего в мире озера и для
живительного воздуха, напоённого запахом
разноцветья трав. Да и потом - нельзя любоваться
Байкалом из окна автомобиля. Кощунство это. Из
окна неспешно идущего поезда под паровозный
гудок - другое дело. Тут как будто из века
прошлого въезжаешь прямиком в век нынешний. Евгений
Богачев, соб. корр., Иркутск
(С) Гудок |